Не отрывая глаз от своего отражения, Рева произнесла:

— У меня особое расписание.

В зеркальце было видно его лицо — смесь беспомощности и гнева. Девушке пришлось приложить некоторые усилия, чтобы сдержать смех.

Покупатель сделал глубокий вдох.

— Послушайте, мисс, помогите мне, пожалуйста. В этом отделе вы единственный продавец, а через десять минут мне нужно на работу.

— Извините. Правила магазина, — ответила она, зевая и прикрывая рот ладонью.

— Но, в самом деле…

Рева наконец повернулась к нему лицом и пробежала взглядом по его немодному старому пальто и потертому портфелю.

— Вам лучше пройти в отдел товаров по сниженным ценам, — процедила она. — Лестница вон там.

Мужчина выкрикнул что-то нечленораздельное, схватил лежавший на прилавке портфель и понесся к выходу.

«В чем проблема? — спросила себя Рева, смеясь. — Я просто хотела помочь этому нищему сэкономить денег». Но ее смех прервало чье-то покашливание. Она подняла глаза и увидела Арлин Смит, менеджера отдела косметики. Женщина смотрела на нее с неодобрением, скрестив худые руки на груди.

— Рева, ты была непростительно груба с этим человеком, — сквозь сжатые зубы произнесла мисс Смит, которая предпочитала, чтобы ее называли именно так.

— Я думаю, он переживет, — сухо ответила девушка.

— Но переживет ли магазин?

— Извините, мисс Смит, — с ударением на «мисс» сказала Рева. — Но вам не следует делать мне замечания только потому, что вы сегодня плохо выглядите!

Женщина чуть не задохнулась от гнева.

— Я намерена поговорить о тебе с твоим отцом. Такое отношение к работе неприемлемо.

— Поговорите, — вздохнув, ответила Рева. — Я не хотела работать на это Рождество, но папа заставил меня, сказав, что это пойдет мне на пользу.

— Не думаю, что это пойдет на пользу кому-либо из нас, — огрызнулась мисс Смит. Повернулась и пошла прочь большими шагами, стуча каблуками по плиточному полу.